ГЛАВНАЯ
СТАТЬИ
НОВОСТИ
ГАЗЕТА
ПРИХОДЫ
О НАС
Газета "Кредо" №12(196)'11

МЕРА СУПРУЖЕСКООЙ ЛЮБВИ
Марта и Адам Копровские,
г. Варшава,
«Да любите друг друга»
Избрав дорогу супружества как жизненное призвание, мы оба стремились создавать семью, опираясь на Евангелие и, не будучи ещё знакомы, уже молились друг за друга. В начале нашего общего пути кто-то из знакомых обратил наше внимание на слова из Евангелия, которые стали для нас светом и указателем на нашем совместном пути: «Где двое или трое собраны во имя Моё, там Я посреди них» (ср. Мф 18, 20). И мы решили строить наш союз, наше счастье на этом удивительном супружеском треугольнике с Господом Иисусом, позволяя Ему играть первую скрипку. Ведь что означают слова «собраны во имя Иисуса»? Они означают, что мы связаны узами таинства, а конкретно в жизни — вслушиваемся и реализуем призыв Иисуса, содержащийся в Новой Заповеди: «Да любите друг друга, как Я возлюбил вас» (Ин 15, 12).
 
Каковы черты любви, которой одаривает нас Бог?
1. Господь Бог возлюбил нас прежде, чем мы были созданы, прежде, чем был создан мир... Поэтому и мы должны стараться предупреждать друг друга в любви, не думая: «Пусть сначала он или она».
2. Господь Иисус любит нас абсолютно бескорыстной любовью, поэтому и наши отношения должны быть свободны от ожиданий, расчётов.
3. Господь Бог любит всех, также и мы должны любить всех без исключения: супруга/супругу, детей, родителей — своих и жены или мужа, — симпатичных нам и менее симпатичных родственников, знакомых и незнакомых.
4. Господь Иисус отдал за нас жизнь, и мерилом нашей любви также должна быть готовность жертвовать собственной жизнью.
5. Совершая великие или малые дела, мы должны стараться помнить, что делаем это также для Господа Иисуса. «Так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне» (Мф 25, 40).
6. Если мы сталкиваемся со страданиями, нужно помнить, что тогда хуже всего для нас — концентрироваться на своих переживаниях, а лучше — активно выйти с любовью к другим. Господь Иисус, страдая на кресте, ни на минуту не переставал любить: заботился о своей Матери, учениках, женщинах, которые плакали о Нём, а также о благоразумном разбойнике и даже своих палачах, молясь за них.
Если мы так любим друг друга, то Господь Бог действительно присутствует среди нас, является для нас узами единства, Он соединяет нас в счастливое супружество, семью.
Приведём несколько примеров из нашей жизни — как мы пробовали любить друг друга по примеру Господа Иисуса, и какие это приносило плоды.
Марта: Моя любовь не терпит расчёта. Я знала одну семью, в которой жена то и дело повторяла: я убираю, готовлю, стираю, смотрю за детьми, а он за целый год не удосужился даже антресоли починить, не покрасил пол и т. д. Целый список ожиданий. Эта семья распалась. Наши «антресоли» повидали немало на своём веку. Помню, как я научилась тому, что любовь должна быть безусловной. Наблюдая в своём окружении образец семейной жизни, где была самоотверженная жена и муж-учёный, общественный деятель, я думала про себя: «Ну, уж нет, в моей семье всё будет иначе. Я не собираюсь быть служанкой у мужа, и уж точно не стану стирать его грязные носки». Так я думала, а тем временем была по уши влюблена. Накануне Пасхальных праздников, в Великий Четверг, мы с моим женихом пошли в церковь на службу, и там я услышала слова Господа Иисуса: «Итак, если Я, Господь и Учитель, умыл ноги вам, то и вы должны умывать ноги друг другу» (Ин 13, 14). И в тот момент я поняла, что не может быть никаких условий, никаких обязанностей, которых я не буду выполнять, потому что они мне не по душе или потому, что я иначе представляла себе наш брак.
Адам: Особенностью Божьей любви является также то, что Господь Бог любит всех без исключения. В начале нашей семейной жизни мы поселились в маленькой квартирке. Тёща, впервые навестив нас в ней, пожелала, чтобы гостям всегда было хорошо в нашем доме. Мы близко к сердцу приняли её слова.
Марта: Очень важный вопрос: какова мера любви в семье, в супружестве? Когда я могу сказать: «Всё! Больше я не могу!»? Господь Иисус отдал за нас свою жизнь. И мы должны быть готовы сделать это друг для друга. Как Мария отдала свою жизнь Иисусу, так и я должна отдать время своей жизни, свои силы, способности — всю свою жизнь — служению мужу и детям. Быть может, без принесения великих жертв, но осознавая, например, что я должна отказаться от профессиональной карьеры. Медицина всегда была моей страстью. Сегодня мои бывшие однокурсницы — признанные специалисты, пишут докторские диссертации, а у меня по-прежнему лишь скромная первая категория.
Такое ежедневное, смиренное отдавание своей жизни — дело трудное, и это порой выше моих сил. Случалось, что на кухне я швыряла от злости нож и доску, потому что нужно было ещё сделать для мужа на завтра бутерброды. Конечно, это была усталость, но нечего оправдываться — я просто недостаточно любила. Готовность жертвовать жизнью из любви — это тоже своего рода отказ. Это значит умереть для своих желаний, привычек.
Адам: Марта говорила, что готовность жертвовать жизнью как мера любви означает стремление одержать победу над своим эгоизмом, отречься от своего «я». Так случилось однажды вечером, когда мы оба были измучены, а на кухне — гора грязной посуды. Я, как химик, взял на себя в семье роль «главной посудомойки». Но в тот вечер у меня было непреодолимое желание оставить эту посуду и завалиться спать. Это означало бы, что утром посуду должна будет вымыть жена. И я, с некоторым сарказмом, сказал себе: «Ну что ж, раз я собираюсь жизнь ради неё отдать, то неужели меня не хватит на то, чтобы помыть посуду».
Марта: Говоря о готовности жертвовать жизнью для другого, мы приблизились к тайне страданий. Будучи влюблены, мы даже представить себе не могли, сколько боли причиним друг другу в будущем. Нет смысла рассказывать о конкретных ситуациях, которые имели место в нашей совместной жизни. Но однажды в жизни наступает момент, когда понимаешь, что без Божьей помощи мы просто не понимаем друг друга. И хотя нас объединяет чудесное, пламенное чувство, хоть мы знаем, как друг к другу обращаться, как сообщать друг другу о своих переживаниях, чувствах, — мы не понимаем друг друга. В какой-то момент оказывается, что без Божьей помощи мы не продвигаемся ни на шаг. И тут появляется шанс особенно ощутимо испытать силу действия благодати таинства брака. Мы поняли, что концентрация на собственных переживаниях не приносит облегчения. В то же время, если я переступаю через свою боль ради простого служения моим близким, начиная с супруга, — это даёт силы выдержать всё.
Адам: Особой чертой супружеской любви является её кристальная прозрачность, чистота. У меня есть собственная теория стратегических выборов в жизни: надо знать, что ищешь. Хорошо, если женщина, на которую мужчина обращает внимание, умеет воздержаться от пробуждения в нём вожделения, а мужчина умеет контролировать свои побуждения. Причём это должно происходить взаимно. Нам в жизни это очень пригодилось. У нас три дочери. Когда мы ожидали появления на свет старшей из них, мать и ребёнок чувствовали себя прекрасно. Во время последующих беременностей очень быстро возникала угроза выкидыша, и врач рекомендовал воздержаться от половой близости. И тогда я на девять месяцев превращался в одинокого отца, который воспитывал детей, ухаживал за неполноценной женой и одновременно исполнял свои обязанности на работе. (Марта в течение нескольких месяцев должна была лежать.) И тогда нам пришлось искать новые формы контакта, иные формы успокоения естественной взаимной тоски, учиться дарить друг к другу сердечность и нежность как брат и сестра, а не как супруги.
Это проявлялось в том, что, возвратившись домой, я всегда старался поинтересоваться самочувствием жены, внимательно выслушать её, часто дарил цветы (Марта, как каждая женщина, их очень любит). Тёплое объятие, взгляд — и всё это, невзирая на усталость (а в то время я очень уставал). И хотя я носился как заведённый, чтобы справиться со всеми обязанностями, я знал, что по сути больше страдает жена, ведь она только лежит и, видя, сколько нужно сделать, не в состоянии помочь, потому что ей нельзя. Самое большее, она может исполнять функции секретарши, напоминающей шефу об очередных текущих делах: убрать дома, забрать ребёнка из детского сада... И это была действительно огромная помощь, но единственная.
Случалось, что дети говорили: «Нам надоело, что никогда никого нет дома», потому что мама лежит и не может встать — её как будто и нет. С уверенностью могу сказать, что побороть неудовлетворённость или злость, которые могли охватывать нас обоих, нам с женой помогало умение контролировать, обуздывать чувственные желания, приобретённое в период обручения, а также в связи с использованием естественных методов распознавания плодности.
Марта: Для наших детей это был важный и естественный урок защиты жизни зачатого ребёнка. Они знают, что принимали участие в спасении своей младшей сестры. Каждый новый ребёнок в семье приносит новую радость, — такую, на которую мы даже не надеялись.
И ещё одно замечание относительно чистоты супружеских отношений. Чистота не возможна без Божьей помощи. Чистота в отношениях не может появиться просто потому, что мы такие сильные и совершенные. Это сильнее нас. Исповедальня была нам нужна раньше, нужна сегодня и будет нужна всегда. Мы нуждаемся в Божьей благодати, во-первых, для того, чтобы понять, как правильно себя вести, а во-вторых, чтобы иметь силы воплотить это в жизнь, потому что иногда это требует огромного самоотречения. И, что очень важно, чистота в супружестве — это не только сдерживание, подавление рефлексов, но и пробуждение искусства любви. Разве половой контакт является единственным способом проявления любви? Разве мы состоим лишь из плоти, и нет в нас ни грамма поэзии, воодушевления?
В браке, освящённом Церковью, сам Господь Бог одаривает нас силой, чтобы половая близость приносила не только наслаждение телу, но и давала силы переносить тяготы и страдания, соглашаться на жертвы.
Чистый акт половой близости супругов является таинством, вершиной радости созидательной любви и благодарности за то, что Господь Бог соединил нас так прочно, так прекрасно и так тесно, что мы даже проникаем друг в друга — телом, сердцем и душой. Можно отказаться от этого сверхъестественного измерения супружеского единения. Но во имя чего?